Ночь живых кошаков смотреть онлайн
Неизвестный вирус с поразительной скоростью охватил планету, превращая людей в пушистых существ, внешне милых, но по сути — диких хищников. Эти полузвери, лишённые сознания, утратили всё, что делало их людьми. Они бродят по улицам, мурлыча и преследуя уцелевших, как будто бы играют с добычей. Остатки человечества скрываются в глубинах подземелий и бункеров, спасаясь от ласковых объятий, несущих заражение. Мир стал ареной выживания, где даже прикосновение способно стереть грань между человеком и зверем.
Кунаги — один из немногих, кому удалось сохранить рассудок. Он не помнит, кто он был прежде, но прекрасно знает этих новых кошкоподобных созданий. Его знания — почти инстинктивны: он чувствует их приближение, читает их повадки и предугадывает действия. Это делает его особенно ценным среди выживших. Кунаги использует логику, хладнокровие и наблюдательность, чтобы выжить в мире, где эмоции могут стоить жизни.
Но есть нечто более изощрённое, чем когти или зубы — это врождённая ласковость этих существ. Они не атакуют агрессивно — они тянутся, хотят обнять, прижаться, дарить тепло. И в этом — их коварство. Каждое прикосновение может стать последним. Для Кунаги борьба идёт не только с внешней угрозой, но и с внутренней — с тоской по простым человеческим чувствам, которых он больше не может позволить себе испытывать.
Кунаги — один из немногих, кому удалось сохранить рассудок. Он не помнит, кто он был прежде, но прекрасно знает этих новых кошкоподобных созданий. Его знания — почти инстинктивны: он чувствует их приближение, читает их повадки и предугадывает действия. Это делает его особенно ценным среди выживших. Кунаги использует логику, хладнокровие и наблюдательность, чтобы выжить в мире, где эмоции могут стоить жизни.
Но есть нечто более изощрённое, чем когти или зубы — это врождённая ласковость этих существ. Они не атакуют агрессивно — они тянутся, хотят обнять, прижаться, дарить тепло. И в этом — их коварство. Каждое прикосновение может стать последним. Для Кунаги борьба идёт не только с внешней угрозой, но и с внутренней — с тоской по простым человеческим чувствам, которых он больше не может позволить себе испытывать.